Судить о числе и размерах ахеменидских сатрапий можно на основании двух видов источников — традиционных списков стран, приводимых в надписях Ахеменидов, а также списка податных округов, т. е. тех же сатрапий у Геродота в его «Истории». Между этими источниками существуют известные противоречия, которые не всегда удается убедительно объяснить. Приходится учитывать и то, что границы сатрапий не были постоянными, а динамику их изменений, которую отражают источники, не всегда можно в полной мере уловить.

Факт существования бактрийской сатрапии, важное значение которой при Ахеменидах подчеркивалось назначением бактрийским сатрапом кого-либо из членов правящей династии, безусловно не вызывает сомнений. Согласно сообщению Геродота, Бактрия входила в XII округ, который простирался от Бактрии до эглов и уплачивал 360 талантов в год (Her., Ill, 92). Кто такие эглы и какие районы они заселяли, остается загадкой, поскольку в других источниках это имя не встречается 51. Вероятнее всего, что в одну сатрапию с Бактрией входил Согд, тесно связанный с ней культурно и экономически. Во всяком случае в IV в. до н. э. Согд, видимо, подчинялся бактрийскому сатрапу Бессу52. Однако в списке Геродота Согд включен в податной округ, именуемый шестнадцатым и являющийся очень странным объединением. С этого округа взималось 300 талантов в год, и в его состав входили будто бы Парфия, Хорезм, Согд и Арея (Her., III, 93).

Для объяснения включения в один округ географически столь удаленных друг от друга стран были высказаны различные догадки, из которых наиболее вероятна гипотеза о том, что в списке Геродота отразилось положение, временно существовавшее в конкретных исторических условиях. Как известно из Бисутунской надписи, сатрапом Парфии в 20-х годах VI в. до н. э. был отец Дария Виштаспа. Хорезм часто образовывал с Парфией одно административное объединение. Так, в войске Ксеркса парфяне и хорезмийцы имели общего военачальника (Her., VI, 66). Возможно, что, придя к власти, Дарий расширил сатрапию отца, присоединив к ней Согд, Маргиану53 и Арею54. До этого во всяком случае Арея входила в бактрийскую сатрапию Дадаршиша, поскольку в нее же входила и Маргиана. В армии Ксеркса ареи имели отдельного военачальника.

Дрангиана, согласно Геродоту, входила в состав обширной четырнадцатой сатрапии, включавшей Белуджистан, Макран и часть современного юго-восточного Ирана. Подать с этой сатрапии была определена в 600 талантов (Her., III, 93).

Имя сатрапа Арахосии Виваны упоминается уже в Бисутунской надписи (Beh., Ill, 56), но, насколько можно судить по сообщениям Геродота, сама Арахосия была объединена в седьмой округ вместе с Гандхарой и некоторыми другими районами55. В Бисутунской надписи Гандхара упоминается отдельно от Арахосии, а о Виване говорится, что он был именно арахосийским сатрапом. Возможно, позднее, с отпадением от Ахеменидов ряда индийских владений, оставшаяся в составе империи часть Гандхары была объединена с арахосийской сатрапией 56. Несомненно, однако, что вся территория современного Афганистана входила в состав ахеменидской державы.

Система податей, взимавшихся с сатрапий, была введена при Кире и, видимо, упорядочена при Дарии. В состав податей входили в основном натуральные поставки, но, возможно, какую-то их часть составляли и денежные налоги. Известно, что при строительстве Дарием дворца в Сузах из Бактрии доставляли золото, а из Согда — лазурит57. Возможно, существовали и какие-то специальные налоги, например за пуск воды на поля, о чем сообщает Геродот (Her., III, 117).

Выплатой налогов и поставкой воинских контингентов ограничивались связи восточных сатрапий Ахеменидов с центральным правительством. Ахемениды, поставив во главе сатрапий своих наместников, в остальном ничем не затронули власти местной аристократии, стоявшей во главе небольших владений, на которые разделялась та или иная страна.

Примечания:

51 В эглах Геродота пытались видеть аугасиев, которые, по утверждению Птолемея, жили по Сыр-Дарье (History of Herodotus, ed. by Rawlinson, London, 1886, vol. II, p. 486), что весьма гипотетично. Ю. Прашек предложил (Prasek, Geschichte, S. 57, 58). A. M. Мандельштам предлагает видеть в эглах племя, обитавшее в Бадахшане (см. Мандельштам. Материалы, стр. 74).

52 Это видно из того, что при Гавгамелах Бесс начальствовал и над согдийцами (Arr., Anab., III, 8, 3). Хотя последующие события в Согде и Бактрии обстоятельно освещены античными источниками, лицо, которое могло быть в это время согдийским сатрапом, не упоминается. Видимо, согдийская знать, в том числе и такой ее видный представитель, как Спитамен, подчинялась непосредственно бактрийскому сатрапу.

53 Хотя Маргиана в списке Геродота не упоминается, но иначе нельзя себе представить, как Парфмя, Арея и Согд могли образовать одно объединение.

54 Дьяконов И., История Мидии, стр. 438, прим. 1. Широкое распространение имеет также гипотеза И. Маркварта о том, что XVI округ Геродота не что иное, как доахеменидское хорезмийское царство.

55 В перечне Геродота арахосийцы не упоминаются, но среди народов, входивших в VII округ, названы саттагидии (Her., III,. 91). Однако, как можно заключить из Бисутунской надписи, Саттагидии считалась частью Арахосии (см. прим. 40 к этой главе), и, видимо, Арахосию следует включать в VII округ списка Геродота. >

56 Следует отметить, что и при Гавтамелах арахосийский сатрап «привел арахотов и так называемых горных индийцев» (Arr., Anab., III, 8, 3).

57 Абаев, Надпись Дария I, стр. 130. Упоминание Согда как источника лазурита требует какого-то специального объяснения, поскольку основным источником лазурита на Древнем Востоке всегда была Бактрия.

Источник:
Массон B.M., Ромодин В.А. История Афганистана. Т. 1. С древнейших времен до начала XVI века. М.: Наука, 1964. С. 64 — 67.

Политическая сторона событий этого времени выглядит следующим образом. Камбис, стремясь обеспечить единовластие, тайно убил своего брата Бардию 36. Во время египетского похода Камбиса один жрец (маг), по имени Гаумата, воспользовавшись тем обстоятельством, что убийство Бардии сохранялось в тайне, объявил себя сыном Кира. Этому Лжебардии удалось захватить власть в Персии. Камбис, узнав о случившемся, срочно выехал на родину, но умер в пути от случайной раны, полученной при не вполне ясных обстоятельствах. 11 марта 522 г. до н. э. 37 Гаумата принял титул «царя царей» и обширная держава оказалась во власти самозванца. Однако внутреннее положение государства было весьма непрочным. На основании сообщений Геродота и Бисутунской надписи известно, что эти волнения начались еще в конце правления Камбиса. «Когда Камбис отправился в Египет, народ возмутился и стало много лжи в стране — и в Персии, и в Мидии, и в других странах» (Beh., I, 33—35). В. В. Струве в результате специального исследования источников показал, что в короткий период правления Гауматы началось крупное народное движение и в Маргиане38. Неспокойно было и в Вавилонии (Her., ӀII, 150). Стараясь удержаться на троне, Гаумата прибег к крайним мерам. Так, он. как сообщает Геродот, отменил на три года налоги с покоренных стран и поставку ими воинских отрядов в персидскую армию. Однако против Гауматы возник заговор в среде персидской аристократии, и 29 сентября 522 г. Гаумата и его брат были убиты заговорщиками в одной из индийских крепостей. «Царем царей» стал один из участников заговора, представитель младшей линии. Ахеменидов, Дарий I (522—486 гг. до н. э.).

Новый дворцовый переворот еще более накалил политическую обстановку в ахеменидской державе, и Дарий I сразу же вынужден был бросить основные силы на подавление восстаний, охвативших многие районы империи, в том числе и восточные сатрапии.

Дарий и его сподвижники, опираясь на немногочисленное, но закаленное в боях войско, действовали решительно и беспощадно.

Среди многочисленных событий, описанных в Бисутунской надписи, наибольший интерес для рассматриваемой темы представляют народные движения в восточных сатрапиях ахеменидской державы.

Прежде всего следует упомянуть движение, охватившее Маргиану. Восставшие избрали своим вождем маргианца по имени Фрада. Сам Дарий, боровшийся в это время с оппозицией в центре ахеменидской державы — в Вавилонии, не мог направить сколько-нибудь значительные силы в Маргиану и поручил подавление восстания бактрийскому сатрапу Дадаршишу (бактрийская сатрапия в это время включала в свой состав и Маргиану) 39. Дадаршиш двинулся во главе своих войск в Маргиану. В сражении 10 декабря 522 г. до н. э. маргианцы потерпели жестокое поражение. Было убито 55 тыс. и взято в плен 6,5 тыс. человек. Обращает на себя внимание, во-первых, ранняя дата разгрома восстания (даже подавление восстания в Вавилонии относится к более позднему времени — 13 декабря 522 г. до н. э.) и, во-вторых, огромное число убитых. Даже с учетом несомненного преувеличения следует признать, что восстание в Маргиане было особенно массовым. Эти обстоятельства позволили В. В. Струве считать, что маргианское восстание представляло собой движение широких народных масс, таившее в себе особую опасность для социальной базы ахеменидской державы. Именно этим обстоятельством и была обусловлена быстрота и беспощадность подавления восстания. Сатрап Бактрии начал готовиться к подавлению маргианского движения, даже не дожидаясь распоряжений центрального правительства.

Восстание Фрады в Маргиане представляло едва ли не наибольшую социальную угрозу для правящей верхушки ахеменидской державы среди других волнений первого года правления Дария. Однако в это же время не менее опасное для Дарня восстание охватило район Персиды и ряд других областей ахеменидской империи.

Это движение возглавил некий Вахьяздата, объявивший себя Бардией, сыном Кира. Эгот второй Лжебардия добился значительного успеха; вся Персида перешла на его сторону.

Очень скоро восстание захватило и другие области 40. «Вахьяздата,— сообщается в Бисутунской надписи.— послал войско в Арахосию против сатрапа, моего подчиненного, перса Виваны и одного человека сделал его (войска) начальником.» (Beh., III. 54—57).

На восточных окраинах ахеменидской державы первое сражение со сторонниками Вахьяздаты произошло 29 декабря 522 г. до н. э. у крепости Капишканиш 41. Против восставших выступил арахосийский сатрап Вивана. По Бисутунской надписи, мятежники были наголову разбиты, однако следует иметь в виду, что в ней нигде не говорится о поражении правительственных войск, неизменно оказывающихся победоносными. Судя по тому, что в следующем сражении инициатива опять принадлежала не Вивапе, а его противникам, следует считать, что исход битвы у Капишаканиша был по крайней мере неопределенным. «Снова мятежники собрались, двинулись против Виваны, чтобы сразиться» (Beh., III, 64—66). Второе сражение произошло 21 февраля 521 г. до н. э. в местности Гандутава42. Возможно, Вивана получил подкрепление из Бактрии, где к этому времени движение Фрады было уже разгромлено. Во всяком случае на этот раз восставшие потерпели поражение, и глава сторонников Вахьяздаты бежал с небольшим отрядом всадников в крепость Аршада, где был захвачен Виваной и умерщвлен вместе со своими виднейшими приверженцами.

В арахосийском движении обращают на себя внимание следующие обстоятельства. Во-первых, весьма ранняя дата подавления восстания. Уже в феврале сторонники Дария одержали здесь решительную победу, тогда как сам Вахьяздата был разбит лишь пять месяцев спустя (в сражениях 25 мая и 16 июля 521 г. до н. э.). Это указывает на известную разобщенность двух очагов движения Вахьяздаты и на то, что персидские правители восточных сатрапий приложили все усилия, чтобы как можно скорее расправиться с волнениями как в Маргиане, так и в Арахосии. Во-вторых, хотя движение в Арахосии было в какой-то мере инспирировано посылкой Вахьяздатой своего эмиосара, имя которого в Бисутунской надписи упорно не называется 43, оно несомненно нашло широкую поддержку у местного населения44. Есть основание полагать, что движение Вахьяздаты в Персиде поддержали широкие круги персидских общинников45. Социальная программа борьбы с усиливающейся знатью, естественно, нашла широкий отклик у населения Арахосии, и вполне возможно, что арахосийскому сатрапу Виване противостояли те же силы, что и его бактрийскому коллеге, расправлявшемуся с маргианским движением.

Вопрос о расстановке социальных сил в династийных междоусобицах во времена правления Камбиса, Гауматы и Дария I продолжает дискутироваться в советской исторической науке 46. Однако независимо от окончательного решения этих сложных вопросов не оставляет сомнений общая линия развития внутренней истории ахеменидской державы: все большее расслоение общины и порабощение рядовых общинников племенной знатью усиливали процесс классовой дифференциации как в Персии и Мидии, так и на востоке ахеменидских владений, в том числе в Бактрии, Дрангиане и Арахосии. Движение Фрады в Маргиане было одним из тех восстаний угнетаемых членов родовых общин, которые неизменно сопровождают становление раннеклассового общества.

Одержав победу в напряженной борьбе, Дарий I укрепил свою социальную базу, усилив экономическое положение знати 47. В годы его правления (522—486 гг. до н. э.) ахеменидская империя бесспорно достигла своего наивысшего расцвета. Дарий I совершил поход против кочевых племен на восточных границах своей империи, в борьбе с которыми погиб Кир 48. Он значительно расширил границы ахеменидской державы и на юго-востоке. Видимо, между 517—513 гг. до н. э. персидские войска присоединили области вдоль р. Инд49, и в персепольской надписи Дария появляется новая сатрапия — Индия. Вскоре по Инду была отправлена флотилия для изучения устья реки 50.

Примечания:

36 По сообщению Дтеоия, Бардия после смерти Кира был назначен правителем бакгрийцев, хорезмийцев, парфян и карманиев. Однако сатрапом Бактрии в это время скорее всего был уже Дадаршиш, и следует отдать предпочтение сообщению Ксенофонта о том, что Бардия был правителем Мидии, Армении и Кадусии (ом. Струве, Восстание в Маргиане. стр. 26; Olmstead, History, р. 92).

37 Такова дата Бисутунской надписи (см. Kent, Old. Persian, p. 161). Известен клинописный документ из Вавилона (в котором приведено имя царя Бардии), датированный 14 апреля 522 г. до н. э.

38 Струве, Восстание в Маргиане, стр. 25.

39 В конце описания событий в Маргиане Дарий I говорит: «Вот, что мной сделано в Бактрии». В. В. Струве полагает, что Маргиана была присоединена к сатрапии Дадаршиша лишь после 522 г. до н. э. в качестве награды за успешную расправу с народным движением (Струве, Восстание в Маргиане, стр. 28).

40 В Бисутунской .надписи при перечислении восставших провинций первоначально называется не Арахосия, а Саттагидия. Однако в дальнейшем о событиях в Саттагидоти ничего не сообщается, а описывается движение в Арахосии. Можно предположить, что Саттагидия входила в состав, той сатрапии, которая в наскальных надписях Ахеменидов обычно именуется Арахосией (ом. Дьяконов И., История Мидии, стр. 436, прим. 2).

41 Обычно название крепости — Kāpišakaniš — сопоставляют с Каписой (CHI, I, 332). Насколько известно, впервые это предположение было высказано и аргументировано В. В. Григорьевым (Кабулистан и Кафиристан, стр. 730, прим. 89). Каписа II в. до н. э.— III в. н. э. соответствует современному городищу Ветрам. Археологических памятников, относящихся к более раннему времени, в районе Беграма пока не обнаружено.

42 Местоположение этой области (Gandutava) неизвестно. Возможно, она соответствует району Куч-Гандава — одному из небольших владений северо-западного Белуджистана XIX в. (ом. Бартольд, Историко-географический обзор Ирана, ст.р. 51, 52).

43 Составители надписи прибегают к довольно сложной конструкции: «человек, который был начальником того войска, которое Вахьяздата послал против Виваны» (Beh., Ill, 70, 71), лишь бы избежать упоминания его имени. Возможно, это объясняется тем, что в надписи поименно называются лишь сторонники Дария или восставшие «цари». Руководитель арахосийского движения был не «царем», а всего лишь сторонником Вахьяздаты, почему его имя и не было упомянуто в надписи.

44 Бисугунская надпись сообщает о том, что после битвы у Каттишканиша мятежники «снова собрались» (patiy hyaparam hamigiya hangmata), а отнюдь не получили помощь от Вахьяздаты. Это, видимо, свидетельствует об участии в движении именно местного населения, объединившегося вокруг группы лиц, посланных Вахьяздатой.

45 Даидамаев, Восстание Вахьяздаты, стр. 11—20; Дандамаев, Иран, стр. 203. В Персиде Вахьяздата опирался на «народ-войско, находившееся по общинам» (kara Parsa hya viɚatapatiy—Beh., Ill, 26): Дьяконов И., История Мидии, стр. 436, прим. 1. Едва ли убедительно мнение Кента, видящего здесь дворцовое войско (Kent, Old Persian, p. 127).

46 Струве, Восстание в Маргиане; Тюрин, Социальное положение kurtas; Дьяконов И., История Мидии, стр. 427—435; Тюрин, Социально-экономические термины; Дандамаев, Иран, стр. 204—233.

47 Сущность социальной политики Дария определена в знаменитом § 14 Бнсутунокой надписи, в котором говорится, что Дарий вернул «народу- войску» пастбища, домашнюю челядь и движимое имущество. Каковы бы ни были разногласия исследователей по поводу трактовки отдельных терминов, бесспорно одно — речь идет не о рядовых общинниках, а об имущественно обособленном слое в «народе-войске» (см. Дьяконов И., История Мидии, стр. 433, 434).

48 Струве, Поход Дария I на саков-массагетов.

49 CHI, I, 335; Olmstead, History, p. 145.

50 Геродот пишет, что Дарий покорил индийцев после путешестзия Скилака (Her., Ill, 44), но скорее следует ожидать, что эта большая экспедиция была предпринята сразу вслед за установлением ахеменидской власти ,в Индии (см. HCIP, II, 41).

Источник:
Массон B.M., Ромодин В.А. История Афганистана. Т. 1. С древнейших времен до начала XVI века. М.: Наука, 1964. С. 59 — 64.