li

Роль евреев в истории человечества: pro et contra

Опубликовал: 3 сентября 2010

История, как ни одна другая наука, стала повивальной бабкой иудейского племени. Чему она учит? Тому, что жизнь сурова и надо покоряться силе и воле обстоятельств. Тому, что грядущее вселенское Царство, о котором так мечтал Исайя («в котором нет ни эллина, ни иудея»), еще очень и очень далеко, и что полагаться только на волю богов в обеспечении сохранности и безопасности еврейской нации было бы неосмотрительно и глупо. Все это делало евреев крайне осторожными.

Почему евреи все-таки решили отвергнуть пророка Исайю, его бесконечную веру в могущество Яхве? Потому, что на стороне ассирийского царя Синахериба, сына великого Саргона, была сила. Ну и что из того, если сей монарх не очень-то верил в Бога, а некоторые его подданные так даже носили просто кощунственные имена – Лаадирили («Не боящийся Бога») или Ладагили («Равнодушный к Богу»)! Ну и что!


Ю. Шнорр фон Карольсфельд. Пророк Исайя

Зато он держал всех и вся в страхе. Всех недовольных он просто и без затей сажал на кол. В государстве была жесточайшая дисциплина. Он организовал лучшую разведку мира. Он разгромил Вавилон и угнал в Ассирию 200 тысяч его обитателей (702 г. до н. э.). Затем пришел черед Финикии, которая была им повержена. Наконец, Синахериб напал на города Иудеи и взял их приступом, с гордостью говоря: «Езекию, иудея, который не склонился под мое иго, я окружил и завоевал – приступом больших боевых машин и натиском таранов, боем пехоты, подкопами, лестницами и «собаками» (род осадных орудий. – В . М.) – 46 городов его могучих, крепостей и мелкие селения, что в их окрестностях, которым нет числа. При этом множество людей малых и больших, мужчин и женщин, лошадей, мулов, ослов, верблюдов, крупный и мелкий скот без числа я вывел и счел добычею. Его самого, подобно птице в клетке, я запер внутри Иерусалима» (701 г. до н. э.). Хотя Иерусалим и устоял, но Иудее пришлось откупиться, выплатив громадную контрибуцию (более 150 кг золота и 9 т серебра). Езекия вынужден был опустошить казну, на выплату долга пошли даже золотые украшения из храмов. Разве этот пример, давший победу богоотступнику и язычнику, не был убедительнее для простого люда, нежели все гневные речи Исайи?!

Тем более что в их памяти жили десятки безуспешных попыток освободиться от ига Ассирийской державы. Жизнь оставляла иудеям двоякий выход – отчаянно сражаться за свободу или принимать власть, гнет и покровительство могущественной державы. Всякая болтовня и надежды на «чудесные освобождения» – очень ненадежное средство в реальной политике. Тогда-то и возникла языческая реакция при царе Менаше (687–640 гг. до н. э.). В условиях подавляющего превосходства противника царь Иудеи вынужден был принять сторону нового царя Ассирии – Асаргаддона. Так в итоге среди 22 покоренных сирийских царей появилось имя: «Манаси, царь Иауди». Если библейская эсхатология и шла вразрез с внешней очевидностью событий, то вот богатый иудейский опыт постоянных войн, пленений, гнета, жизненных трагедий и невероятных катастроф заставлял их поступать в соответствии с очевидным.

Итак, в чем смысл появления на свет этого беспокойного, мятущегося, талантливого, жестокого, алчного, гонимого, чрезвычайно влиятельного и властного племени? Пожалуй, оно обладает в большей степени, чем все другие, способностью доводить до крайности, до максимума, до абсолюта и даже абсурда иные человеческие идеалы, идеи и страсти… Истории необходим такой народ – народ пророчеств и фантазий, народ-мессия. О божественной сути еврейства – защитниках бедняков, бунтарях, пророках, ученых мы должны бы честно поведать миру.


Звезда царя Давида на блюде

Начнем с мира мысли и слова – в силу очевидной приверженности евреев к слову, как к могущественному дару небес. Ведь в начале было Слово… Есть ли основания считать евреев народом-избранником? В интеллектуальном смысле вряд ли. Начать следует с того, что евреи не выделялись, как уже сказано, никакими особыми талантами в древние времена.

Грант в «Истории Древнего Израиля» даже вынужден констатировать: «Парадоксальность решения Яхве, избравшего своим народом (самую) зауряднейшую нацию из всех – евреев, выражена здесь яснее, чем когда-либо прежде». Да и просветительские усилия среди массы евреев чаще всего выглядят достаточно робкими. Еврей как никто иной склонен к догмам и фанатизму, приучен к начетничеству, а не к свободе мысли и духа. Не оспаривая заключения И. Вейнберга о талантах и способностях царских писцов Иерусалимского храма, все же как-то трудно поверить в то, что сторонников Яхве отличали якобы особая «открытость внешнему культурному воздействию» или «особый интерес к истории, к прошлому и настоящему своего народа и государства». Полагаю, что тут скорее желаемое принимается за действительное. Во-первых, довольно высокий уровень знаний характерен для всех жрецов тех времен, во-вторых, что касается обычных жителей Палестины первой половины I тысячелетия до н. э., нельзя говорить о каком-то особом подъеме грамотности и культуры среди простых селян, горожан, земледельцев и ремесленников той поры. Хотя повседневное изучение Торы, что издавна и жестко вменялось в обязанность мужчинам-иудеям, должно было в какой-то мере способствовать и росту грамотности. Однако вряд ли та была высока. Вероятнее всего, даже Иисус не понимал еврейских книг на оригинальном языке. Ведь, по свидетельству Э. Ренана, он мало посещал школы более высокого уровня, книжников и мудрецов, не имел никакого звания из числа тех, которые в глазах толпы «дают право на ученость». Хотя вот Вельхаузен считал, что он и сам мог быть учителем.


Первосвященник у евреев

Какова роль евреев в истории культуры? Об этом можно говорить бесконечно долго. В России стало общим местом изречение Н. А. Бердяева. Еврейство имеет центральное значение в истории. Еврейский народ, по преимуществу, народ истории, и в исторической судьбе его чувствуется неисповедимость Божьих судеб. Историческая судьба этого народа не может быть объяснена позитивно-исторически… Его существование есть странное, таинственное и чудесное явление, указывающее, что с его судьбой связаны «особые предначертания» (Судьбы еврейства). Ничто, абсолютно ничего, в документах или материальной культуре не указывает на их особое место… Место у древних евреев более чем скромное. Ну а то, что евреи говорят о себе сами – «Мы самые лучшие на земле», «Мир создан для нас», – еще не может быть нами воспринято как истина. Скорее это уж комплекс, признание их внутренней неполноценности. Конечно, среди евреев и в древности было немало грамотных и мудрых людей. В древнем Израиле, как и в других странах, были так называемые «школы мудрых». Были и «царские школы», что создавались по принципу школ Месопотамии и Египта, где обучалась молодежь из знатных родов – письму, математике, манерам. Там готовили будущих чиновников. Правда, не ясно, что те собой представляли и кто там преподавал. Вероятно, то были умудренные жизнью старцы, чьи высказывания бережно собирались в поэтические и литературные своды. Эти поучения, в конце концов, становились учебными пособиями. Многие поучения собраны в книге Притчей Соломоновых, Екклесиасте, Книге Иова, Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова, а также в Книге премудрости Соломона.


Первый мессия евреев – Мелхиседек

Склонность известной части евреев к мудрости, кажется, отмечал и неоплатоник Порфирий:

Мудрости дар улучили халдеи одни и евреи,
Те, что праведно чтут самосущего Бога владыкой.

Полагаем, гораздо более верную и точную характеристику древним евреям, как и их месту в культуре человечества, дал в начале XX в. В. Шпигельберг. Когда Израиль после длительной борьбы получил в свое владение Палестину, он не нашел там «девственной и некультурной почвы». Напротив, подобно тому, как эллины вступили в Греции во владение великой культурой народов Средиземноморья (микенским наследием), подобно тому, как вавилоняне нашли в Месопотамии старую культуру, точно так же и израильтяне захватили довольно развитую и культурную страну. «Страна обетованная» ко времени их пришествия (а произошло это событие где-то около 1250 г. до н. э.) уже много столетий попеременно находилась под влиянием Египта и Вавилона. На протяжении многих лет земля оставалась местом соперничества могущественных культур – культуры Нила и культуры Евфрата… Автор предостерегает читателей против серьезной ошибки: «Мы склонны переоценивать политическое и культурное значение этого маленького народа». Но когда люди XIX в., открыв клинопись и иероглифы, стали видеть дальше пределов Израиля, не руководствуясь одними лишь ветхозаветными источниками, «получилась значительно иная картина».


Улица в Иерусалиме. Гравюра XIX в.

Поэтому если все-таки свести все сказанное в суммарный итог, можно сделать следующие выводы. Во-первых, евреи никак не могут быть выделены среди иных народов древнего мира ни как избранный народ, ни как самый древний. Хотя, скажем, писавшие по-гречески в эллинистический период еврейские авторы (Деметрий, Эвполем, Артапан, Аристобул Александрийский, поэты Филон Старший и Теодот Самаритянин, драматург Эзекиэль и др.) пытались выделить значение народа Израиля среди прочих как «народа откровений». Они утверждали, что в иудаизме якобы есть все лучшее, чем богаты греческая философия или литература. К их числу принадлежат и труды Филона Александрийского «Апология евреев» и «Против Аппиона» Флавия. Так, Флавий в сочинении «О древности еврейского народа» (I в. н. э.) писал: «Я полагаю, достойнейший из людей Эпафродит, что уже в сочинении «О древностях», которое обнимает события 5-тысячелетней истории и по нашим священным книгам составлено мною на греческом языке, я достаточно ясно – для тех, кто обратится к нему, изложил вопрос о нашем еврейском народе – о том, что он весьма древний и что изначально самобытен, а также о том, как населил он страну, в которой мы живем поныне». Можно ли верить таким вот заверениям? Даты ничем не подтверждаются. Нет ни слова об этом и в Библии. Хотя евреи и обладают достаточно древней культурой и познаниями, говорить о них как об учителях мира просто нелепо.

Попытки Флавия и Филона сделать евреев чуть ли не древнейшим народом, который дал человечеству философию, религию, культуру, не только сомнительны, но явно смешны, и ставят своей целью возвысить еврейский народ среди всех прочих. Однако придав вере форму греческой философии (а сей язык понимал весь мир), иудеи попытались утвердить и лидерство иудейской идеологии. Приписывая мудрость Моисею, пророкам и Филону, они готовили плацдарм для скорого распространения их идей. Акция должна была напоминать трюк с «троянским конем». Сам Филон Александрийский – эрудированный еврей, знавший греческую культуру и литературу. В обыденной жизни он имел больше дело с греками и римлянами, но древнееврейский язык знал плохо. Безусловно, он был богат, как и брат его, Александр Лисимах, занимавший высокий пост. Ему доверяли управление состоянием, он давал огромные ссуды знати, да и вообще был у римлян своим человеком. Один его сын женился на знаменитой Беренике, другой стал политиком. Филон – значительная фигура. Евреи направят его к Калигуле депутатом по делам александрийской синагоги (40 г. н. э.).

Но отчаянные усилия отыскать следы греческой философии в Библии и доказать, что великие открытия Греции были сделаны еврейским гением уже тысячи лет тому назад, вызывают у читателя разве что улыбку. Тут видим обычное (неумеренное) еврейское тщеславие. Ренан писал: «Моисей-де был не только лучшим законодателем, но и первым философом. Будучи одновременно и греком, и евреем, Филон старается склонить евреев к эллинизму и греков к иудаизму. Таким образом, получают удовлетворение и его искреннее эллинство и его тщеславие еврея». Если бы в этом был весь Филон, продолжает Ренан, то «ему было бы место в истории безумия, а не в истории экзегетики». Кстати, его имя не упоминается ни в Талмуде, ни в еврейском предании. Не знал его и Иисус. Его влияния не видно ни у Гермеса, ни у Плотина, ни у гностиков. Не упоминают о нем писатели Средневековья – ни Саадия, ни Маймонид. Согласитесь, неуместны попытки сделать из Филона того, кем он не был – «мыслителя, имевшего важное влияние на развитие христианства». Поэтому полагаем, что правы те, кто утверждал: по размеру и характеру умственных способностей он был вовсе не философ. Скорее писания его можно отнести к области того, что зовут публицистикой. Л. Тихомиров считал, что Филон был «не мыслителем, а компилятором, не создавал идеи, а питался умственно тем, что рождали другие мыслители». Хотя надо еще и уметь питаться умом. Труды Филона вскоре были забыты. Посетивший Египет ученый-гебраист Шехтер писал в конце XIX в. (1896 г.): «Провел день в Александрии… О Филоне-иудее (знаменитый иудейско-эллинистический философ) здесь и памяти не осталось. Нынешний еврей больше интересуется хлопком и прочей чепухой, чем логосом и вечной любовью». Знаменательное признание.


Г. Доре. Тьма по всей земле Египетской

Столь же необоснованны попытки представить евреев первыми создателями летописи человеческой. Уважаемый нами А. Хомяков почему-то отдавал им первенство не только перед римлянами и греками, чьи летописи не восходят ранее IX века до Р. Х., но даже перед китайцами, что хвалятся «сорокавековою историею», которая на деле представляет собой, по его словам, «беспорядочный сбор сказок, связанных на живую нитку шарлатанством ученых». Поразительно! Попытка представить историю Китая как «хаос», что проясняется за 8—10 веков до Р. Х., конечно же, выглядит (в свете современных знаний) просто смехотворно. И уж тем более нет оснований возвеличивать куда более сказочные летописания иудеев. Тем не менее он говорит: «Полнее, богаче, последовательнее летопись Израиля. В ней, после введения, обнимающего первоначальную картину человечества, является одна семья патриархальная, которой судьбы и деяния описаны в непрерывном порядке до образования из нее сперва народа, потом государства. От первых странствований Авраама до падения Иерусалима при Веспасиане вся жизнь евреев представлена нам с их борьбами, с их победами и страданиями, с их поэзиею, верою, обрядами и законами. Ни один народ не имеет такой летописи, и ни один народ не имеет даже преданий, доходящих до его первого семейного начала. В этом состоит важное, но кажется никем не замеченное, отличие истории евреев. От этого она одна носит на себе глубокий отпечаток истины человеческой, несмотря на сверхъестественный характер многих происшествий, и будет всегда служить первым путеводительным светилом для добросовестного разыскателя древности». Однако при этом историк несказанно удивляется тому, что народ, который «весьма молод в великой семье народов» (известно, что Авраам еще скитался «со своими стадами в степях Палестины и Аравии, когда на престоле Египта уже царствовали гордые династии фараонов»), вдруг породил такую летопись. Летопись существует в течение 13 веков до Р. Х., а потом этой «истории уже нет, а только намеки на историю рода человеческого». Все это очень странно – особенно в свете последних подделок из Израиля, когда евреи-антиквары умело сбывали в музеи за бешеные деньги якобы единственную реликвию из «храма Соломона» и проч.

Во-вторых, с самых первых шагов было ясно: в идейном и творческом отношении они – народ заимствований. Египетский язык оказал воздействие на древнееврейский словарь. В тексте так называемого Ветхого Завета обнаруживают немало египетских слов, хотя видим: и семитские слова входили в речевой обиход египтян, а затем укоренялись в египетском языке. Так, в язык евреев проникли египетские собственные имена, а в библейском тексте видим немало калек с египетского языка. В обмене достижениями культуры «древняя и великая держава Востока, Египет, была в основном дающей стороной, а слабый, едва возникший Израиль – принимающей». Знающие историю Египта не единожды отмечали многочисленные заимствования евреев у египетских магов, жрецов и ученых. Св. Стефан говорил, что великий законодатель Моисей «обучен всей мудрости египетской». При этом он особенно подчеркивал, что тот «был силен в словах и делах». Эпизоды из жизни Моисея говорят: видимо, он мог быть знаком с египетской магией. Папирусы повествуют о том, как маги уничтожали врагов с помощью магических слов. Задолго до появления Моисея египтяне знали о силе мага Чача-эм-анха, времен царя Хуфу (Хеопса), правившего около 3800 г. до н. э. Подобно мудрецу Аба-анеру, царю Нектанебу, другим древним магам, Моисей и Аарон владели волшебным жезлом, с помощью коего якобы могли творить чудеса. Аарон поднял жезл, коснулся им вод, и те обратились в кровь. Моисей простер жезл: был «град и огонь между градом», а затем на землю опустилась тьма и явилась саранча.

Евреи однако проявляли к чужим культурам не только вполне понятную тягу и заинтересованность, но порой и исключительную враждебность. Желая быть первыми во всем, но понимая, что являются вторичными носителями культур a priori, они тем не менее не желали признать «превосходства, вообще или в частностях, чужой культуры перед своею». По мере того как они знакомились с другими культурными народами восточного бассейна Средиземного моря, особенно с египтянами и греками, они отчего-то пришли к совершенно странному и даже нелепому выводу. Ф. Зелинский (с глубокой иронией) пишет: «…для них становилось ясным, что все культурные блага этих народов были заимствованы когда-то у их предков. Греческая философия, прежде всего, ученица еврейской: Пифагор, Сократ, Платон почерпнули содержание своего учения из книг Моисея. Равным образом и греческие поэты, не только Гомер и Гесиод, но и баснословные, как Лин и Мусей, были плагиаторами еврейских книг, в подтверждение чего приводились не только поразительные созвучия, вроде только что упомянутых имен Мусея и Моисея, но и ясные свидетельства – увы, подложные! – всех названных поэтов. Мало того, – даже языческая религия, с их многобожием и идолопоклонством, были еврейского происхождения: Моисей ввел культ богов в Египте, а от египтян он перешел к другим народам. – Все это приводится мною, разумеется, ad memoriam vetustatis, non ad contumeliam civitatis (лат. «в напоминание о прошлом, а не в оскорбление обществу»), говоря словами Цицерона – и пожалуй, еще с одной задней мыслью: я думаю, кое-кому из наших современников, по сю и по ту сторону рубежа, полезно будет взвесить значение параллели, которая проводится здесь».


Двор Скинии

Ничем исключительным не проявили они себя и в искусстве (кроме «Песни Песней»). В своей «Всемирной истории искусств» П. Гнедич отмечал: «Оригинальных талантов евреи никогда не проявляли. Живя в Египте, они усвоили, конечно, технику местных мастеров и как народ переимчивый стали мастерами… Странствуя сорок лет по пустыне, забывая оседлое рабство и возвращаясь к прежней пастушеской жизни, они снова принуждены были браться за изготовление одежд, оружия, утвари. Все драгоценности шли в руки священников и способствовали блеску богослужения. Аарон вылил золотого аписа из золотых серег. Моисей устроил скинию Завета всю золоченую. Вероятно, египетское влияние сильно сказалось и на том и на другом. Самый храм был шатер, который позволял свободно совершать обряд богослужения. Скиния представляла собой деревянный остов, одетый золотыми листами и покрытый великолепными коврами. Остальные палатки и костюмы – все это было так просто и незатейливо, что едва ли отличалось чем-нибудь от обычной обстановки кочевого араба. Храм, построенный Соломоном при помощи тирских мастеров, не отличался ни стилем, ни размерами, но был изукрашен пестро и богато». Скиния представляла собой подвижное святилище, устроенное по типу переносного шатра.


«Медное море». Гравюра XIX в.

Стены храма (храма Соломона. – Авт .) были возведены из тесаного камня; внутренность одета дорогим деревом, с золотою облицовкой, изображениями херувимов, пальм, цветов. Утварь в притворе святая святых была золотая. Перед храмом помещался колоссальный водоем, поддерживаемый двенадцатью быками, и огромный алтарь всесожжения. В изображении херувимов и жертвенных животных в виде архитектурных подробностей сказалась Ассирия, – и фантастические изображения их пришлись тут как раз к месту. Общность язычества с монотеизмом подтверждается и тем, что Соломон, увлекаясь женщинами, строил капища «мерзости Аммонитской» (3 Цар. 11: 7). Впрочем, капища строили все, да и в отношении заимствований евреев можно сказать и по-иному. А разве мир не заимствовал у евреев бесчисленное множество сюжетов на библейские темы? Правда, среди них не было талантов уровня Рафаэля, Микеланджело, Тициана, хотя, скажем, в России блистал талант Ильи Ефимовича Репина. Однако почти вся классическая мировая живопись, скульптура и поэзия не могут ступить и шагу, не обращаясь к текстам и образам еврейских героев и героинь. Пушкин пишет «Пророка», Лермонтов – «Еврейские мелодии», Вольтер – «Царицу Вавилонскую», Милтон – «Потерянный рай», Байрон – «Каина». В живописи трудно найти художника, который не затронул бы библейской темы – от Микеланджело до Рафаэля, от испанцев, голландцев до англичан и русских (Иванов, Ге, Врубель). Все они заимствуют тот или иной образ и тему среди известных библейских сюжетов. Достаточно упомянуть картины Ге «Разрушение Иерусалимского храма», «Суд Синедриона», «Что есть истина?», А. Иванова – «Явление Христа народу», Бруни и др.

В-третьих, бесспорно и то, что в технико-профессиональном плане иудеи были довольно отсталым народом в начале своей истории. Поэтому крайне наивны попытки представить их (русский В. Гагара в XVI в. и англичанин Д. Скиннер в XIX в.) создателями пирамид. Последний уверял, что Великая пирамида в Гизе выражает в системе мер, т. е. в цифрах и символах, якобы ту же древнюю мудрость, что в слове и графике содержат старинные тексты евреев. Это полная нелепость. Ведь те не смогли сами создать даже храма. Соломону, как известно, пришлось призвать мастеров из Тира для его строительства. Огромные чаши со святой водой (медное море) в храм они переняли у финикийцев, сконструировав оные по образцу чаш в вавилонском храме бога Мардука. Но жрецы иудеев не поняли их назначения как священных предметов, символов воды жизни или небесного океана, и употребляли их просто как варвары – в качестве умывальниц.


Ж. Дюпре. Каин

Если в военном плане иудеи были, пожалуй, все же храбрым, хотя и жестоким народом, то вот роль вооружений в военном деле явно недооценивали. И опять же причины в том, что они не были талантливыми оружейниками, как, скажем, предки древних русских, за тысячу лет до постройки иудеями их Храма уже создававшими на Урале мощный военно-металлургический центр. В Книге Саула сказано об этой стороне экономики евреев: «А кузнецов не было во всей Стране Израиля, ибо говорили филистимляне: «Чтобы не сделали евреи меча и копья». И ходили все израильтяне к филистимлянам оттачивать каждый орудие свое: и свои заступы, и свои топоры, и свои сошники… Поэтому в день войны не было ни меча, ни копья ни у кого из всего народа…» (13:19–22). Судя по всему, евреи оказались профанами и в ряде других важных вопросов. Известен факт недооценки роли боевых колесниц («авиации древности») царем Давидом. На подвиг ратный тот «не брал ни тяжкого меча, ни шлема, ни брони булатной, ни лат с Саулова плеча». Так вот в словах поэта нашла выражение мысль Фукидида о роли военной техники. Поэтому никак нельзя доверять иудеям производство вооружений, да и вообще всю экономическую линию развития государства Российского. Все, что они сделают, это бросят деньги в спекуляции и ростовщичество…


Отливка «Медного моря»

Гораздо с большим энтузиазмом отдавались евреи работам по золоту и с драгоценными камнями, и вообще ценными материалами. Тут еврей уподоблялся Гефесту. Вспомним, как Моисей, ссылаясь на волю Господа, назначил Веселеила, из колена Иудина, и Аголиава для работы над Ковчегом завета. Господь тогда и наполнил их мудростью, разумением, всяческим искусством составлять искусные ткани, работать из золота, серебра и меди, обрабатывать (драгоценные) камни и дерево, выполнять всякую художественную работу. Он также вложил в их сердца некую «способность учить других». Веселеил сделал Ковчег из дерева ситтим (акации). Там помещались золотой сосуд с манной, жезл Ааронов и две скрижали со знаменитыми Десятью Заповедями. Длина его была два с половиною локтя, ширина – полтора локтя. Ковчег обложили чистым золотом снаружи и внутри, вокруг него сделали золотой венец, вылили для него четыре золотых кольца (по два кольца на каждой стороне, чтобы евреям удобнее переносить Ковчег завета с места на место). Всё или почти всё сделали из чистого золота – крышка Ковчега, два золотых херувима с распростертыми крыльями чеканной работы, светильник с шестью боковыми ветвями (его можно увидеть в каждом еврейском доме) и золотой венец, семь лампад, и щипцы и лотки к нему, а также жертвенник. Однажды израильтяне использовали Ковчег завета в военно-пропагандистских целях, надеясь, что тот поможет им одержать победу над филистимлянами, но битву они тогда проиграли. Также нынешняя Россия проиграет грядущие битвы, если иные неучи и глупцы в правительстве сохранят посты и будут без пользы для наук и новейших технологий копить злато в слитках, слепо уповая на то, что оно послужит неким волшебным жезлом или золотым Ковчегом завета.


Золотые ворота в Иерусалиме

Пройдут века и века, прежде чем еврей обретет свои «золотые ворота», станет инженером или талантливым ученым. Что же касается фундаментальной науки, то хотя в последнее время их успехи на поприще наук довольно значимы и, пожалуй, бесспорны, так было далеко не всегда. Среди философов и великих ученых древнего мира евреев можно по пальцам пересчитать. Говоря же о нравах патриархов и ученых мужей, Э. Ренан называет их «весьма распущенными», при этом особо подчеркивая: «Но всего более ослабел в этом одряхлевшем Израиле разум».

Можно в данной связи привести и не потерявшую своего значения оценку немецкого философа Е. Дюринга из книги «Еврейский вопрос»: «Но разве, – припоминая только развитие науки со времен Коперника, Кеплера, Галилея, Гюйгенса и т. д. – разве был хоть один иудей, которому мы были бы обязаны в эти знаменательные века хотя бы одним открытием в области естествознания? Что касается истинной и серьезной науки ради науки, то здесь иудеи и поныне ровно ничего не смыслят. Когда они занимаются наукой внешним образом, то они лишь торгуют, насколько можно хорошо, мыслями других, и все их занятия наукой имеют если и не прямо деловую цель, то всегда имеют характер гешефта. Каковы они – врачи и адвокаты, таковы же они и учителя и профессора математики и других отраслей учености, в которых запасы усвояемого знания накоплены другими народами и истинными гениями. Среди иудеев мы не знаем ни единого гения, но, как крайние и исключительные случаи, иногда встречаем талантливость, которая способна разве на то, чтобы торговле чужими идеями придать фальшивую окраску собственного творчества». Такой оскорбительный выпад основоположник коммунизма К. Маркс, конечно же, никак не мог простить Дюрингу, натравив на него своего верного друга – Энгельса. В результате тот написал книгу «Анти-Дюринг».


Псам (беднякам) всегда достаются крохи

В писательском мастерстве они достигли уровня средней руки профессионалов. Но и тут их «талантливость» довольно невысока, как и в художественном искусстве. Французский писатель Э. Дрюмон отмечал в «Еврейской Франции», что «вы не насчитаете ни одного великого французского писателя, который был бы евреем». Зато они ухитрились заполнить французскую литературу целыми ордами евреев, расположившимися лагерем на Парнасе. При этом они, как писал Дрюмон, «стали руководителями общественного мнения», и даже «царят в академиях». Первое достигается ими с помощью господства в прессе. Им «теперь принадлежит почти вся пресса, за редким исключением». Об успехах на поприще наук тот же писатель говорит еще более категорично, хотя и не всегда справедливо (напомним, что книга Дрюмона вышла еще в 1886 г.): «Все открытия, великие и малые, сделаны арийцами: книгопечатание, порох, Америка, пар, пневматическая машина, кровообращение, законы тяготения. Все (эти) успехи явились следствием естественного развития христианской цивилизации. Семит, будем повторять это неустанно, только эксплуатировал то, что было добыто гением или трудом. Истинная эмблема еврея – та негодная птица, которая нахально садится в гнездо, свитое другими». Конечно, время внесло коррективы в эти оценки. Хотя актуальность некоторых высказываний Дрюмона не потеряла своего значения и по сей день.

В-четвертых, идеи правды и справедливости если и находили отклик в сердцах евреев, то довольно слабый. Богатство душ всегда отступало у них на второй план перед земным богатством. Если вначале большая часть еврейского народа должна быть отнесена скорее к бедным слоям (отсюда миграция и переселение Иакова в Египет), то затем среди них произошло расслоение. Среди евреев стали выделяться богачи. Богатство Авраама и Лота привело к тому, что «непоместительной стала земля для них, ибо имущество их было велико». Уже в X–VII вв. до н. э. выделяется аристократия, элита – «достойные мужи» (гибборе хайил). Ее влияние на еврейскую массу оказалось преобладающим. В итоге та стала послушным и слепым орудием в руках еврейской правящей элиты и своих богатеев. Христы в их среде редки.

Разумеется, эти «достойные мужи» поступали в высшей степени подло, гнусно и недостойно, обращая свободных евреев в рабов путем долговой кабалы, принудительной скупки земель или домов. О каком духовном единстве могла идти речь тогда (и уж тем более сейчас), если у одних – стада, земли, дома, золото без счета, нефть, газ, а у других – зачастую нет куска хлеба! Как тут не вспомнить слова идеолога правящего класса, равви Бен-Сиры, с редким цинизмом восклицавшего в «Поучениях»: «Какой мир у гиены с собакой? И какой мир у богатого с бедным? Подобно тому, как дикие ослы в пустыне являются добычей львов, так же и бедные являются пастбищем для богатых. Как для высокомерного отвратительно смирение, так для богатого противен бедный». Право, я могу понять гневное возмущение иудейского пророка Исайи, повествующего о том, как вели себя по отношению к народу богачи:

Горе прибавляющим к дому дом,
Тем, кто поле соединяет с полем, —
Пока вовсе не станет места,
Чтоб они одни остались посреди земли!
И унижен был человек, и низко пал муж, —
Но будут опущены очи гордецов!
(Ис. 5: 8,15)

Ясно, что святой гнев пророка вызван тем, что ему приходилось видеть в повседневной жизни Израиля. Так, когда израильскому царю Ахаву понравилось поле одного из крестьян (понравилось настолько, что тот «не мог больше ни о чем другом и думать»), его дорогая женушка подала ему «ценный совет», как отобрать землю у крестьянина: «Разве ты не царь в Израиле?» И тут же сама написала письмо судьям, а уж судьи решили дело в пользу царя. Дела решали в пользу сильных и богатых за взятки золотом или серебром (порой за пару сандалий всего). Жена подкупила свидетелей, суд возвел ложное обвинение, бедного Навусея казнили, а все его имение досталось царю. Правда, жена Ахава, Иезавель, была финикиянкой, но сути дела это не меняет. Цари не думали о бедных евреях: «Они поют под звуки гуслей, пьют из чаш вино и не сокрушаются о бедствиях Иосифа». Возможно, тогда-то и родились десять заповедей, которые записали на десяти плитах и выставили на главной площади в Иерусалиме. А чтобы придать реликвии особую святость и цену, нарекли их заповедями Моисея. Хотя сами власти и не думали исполнять этих заповедей.

В-пятых, не вняли заповедям и священники колен Ефрема и Иуды. «Так началось разделение и вражда среди Израиля. Прежние времена, когда не было порабощения мелких людей крупными, когда не было ни приниженной нищеты, ни высокомерного богатства, канули в вечность. Знать и народ разделились, стали друг другу враждебны и даже молиться стали разным богам». Цари даже молились отдельно, в личных святилищах. Стоит ли удивляться, что простой народ невзлюбил эти святилища… Соломон построил для жены храм финикийского бога Мелькарта. Выстроили и храм в честь финикийского божества Молоха, куда царь приносил в жертву детей, пытаясь предотвратить (с помощью человеческих жертв) надвигавшуюся на него беду. Построил и в Самарии храм в честь сидонского Ваала. Там по обычаю, занесенному из Тира, ему курили фимиам. Враждебные и непонятные боги вызывали гнев и отвращение. Думаю, что и сегодня у олигарха и бедного еврея (ученого, инженера, врача и т. д.) – разные Боги.


Царь Соломон и Шедд

В-шестых, вожди евреев рано проявили себя как величайшие индивидуалисты и мировые эксплуататоры… Подобно американцам, они презирают все остальное человечество и готовы строить свое благополучие на костях и крови народов. Думаю, в глубине души они как были, так и остались атеистами. Их вера в богов носила и носит формальный характер, а их религия выполняет прагматическую роль, сходную с ролью менялы. Поэтому и Бог их похож на банкира или главу компании. Да, он могуществен, ибо к его услугам Капитал… «Так Бог вселенной, не отказываясь от того, чтобы его признали таковым, снизошел до того, чтобы его называли и считали Богом Авраама, Исаака и Иакова; Богом маленького клана полукочевников, затем – национальным Богом одного из народов Среднего Востока, – пишут Э. Гальбиати и А. Пьяцца. – И этот народ стал как бы Его генеральным штабом, – на перекрестке Азии и Африки, омываемом Средиземным морем, – для духовного завоевания человечества»…

Но не для духовного завоевания (духа во многих из них давно уж не было и нет), а для финансового и политического закабаления народов. Некогда о евреях говорили: «Израиль похож в духовном отношении на сказочного царя Мидаса, который все, к чему ни прикасался, превращал в золото». Они и стали современным Мидасом! Бог у них выступает тайным участником торговых сделок, незримо присутствуя при ростовщических операциях и дележе прибыли-гешефта. Яхве – бог-империалист, покровитель, «гарант»: «Ворую – и свят. Обсчитываю – и праведен. Жму сок из крестьян – и все-таки мне Бог обещал «всю обетованную землю» (В. Розанов). Поэтому еврей, даже совершив воровство в крупных масштабах, «умывает руки». И, конечно, еврейские круги ни за что не выдадут своего, ведь он действовал по Талмуду.


Омовение рук на Востоке

Интересно, что воровство у евреев (зачастую чужими руками) имеет под собой и идейное обоснование в Талмуде. В это трудно поверить, но то, что это не клевета, можно убедиться, прочитав текст Талмуда, где, в частности, сказано: «Знай, что если даже человек дал кому-то поручение и сказал: «Иди укради для меня», – и тот, кого он послал, выполнил его поручение и украл, – тот, кто посылал, не несет ответственности». Каково?! Иначе говоря, если ты достаточно ловок и умен (особенно, если ты сидишь в правительстве и фактически неподсуден), у тебя масса шансов подобрать для кражи кого-то еще, тем самым ты можешь избежать законного наказания и кары. В итоге вор преспокойно «умывает руки», если даже он совершил страшное преступление и украл миллиарды. Таковы наставления их «мудрецов». Необходимо подчеркнуть, что и эта черта никак не может быть отнесена только к евреям.


Стена плача в Иерусалиме

В конце концов, все это двуличие еврейских канонов и морали понял Розанов, видевший вначале в евреях лишь отцов христианства, избранный «народ Божий»… Однако уже после 15 лет умственных усилий он познал, наконец, тот «ужас и мрак великий», что исходит от философии и жизненной практики их идеологов (талмудистов Израиля). Талмуд вооружил евреев и правом на жестокость к гоям. Они выработали такой тезис для своего отношения к неевреям: «мир создан для евреев», и вообще все учение о «гоях», как о «чужих», как о «ненужных», в своем роде «безблагодатных» существах; попросту – как о животных, почти безумных и бессловесных. «Не нужны». В этом все. «Не нужны» обнимает и вещественные отношения, и мораль. «Ненужного» можно обобрать; «ненужного» можно убить, не вытащить из ямы, не спасти, когда он тонет; его можно «залечить», когда он болен, или дать недействующего лекарства больному; можно «испортить литературу гоев»; можно испортить, извратить, исказить их промышленность и торговлю. И пусть об этом в законе, в «Талмуде» и «Шулхан-Арухе», ничего не сказано или даже есть обратные (дружеские) слова «о помощи чужеземцу», «чужеродцам» и «необрезанным». Все это будет мертво, все эти слова будут без действия, ибо они все будут афоризмами, ни с чем не связанными, ни из какой системы и ни из какой общей мысли не вытекающими. «Общая» же мысль и «система» говорит совершенно иное: «гой», «чужой», «не обрезан», «не нужен Богу и никому», «обери его», «оттолкни его»… «имущество его – ценно, но самого его – нет». А около «системы» может спокойно находиться хотя бы тот же Гиллел, до которого и его прекрасных лично качеств, право же, «закону» нет дела, и нет дела Аврааму-обрезанцу, ни – всему Израилю… «Гой – труп: сними с него одежду и отходи прочь». Вот суть, которой изменить нельзя…», – характеризует В. Розанов экономическую политику евреев, оставшуюся почти неизменной до сего дня!

В-седьмых, довольно интересно отношение евреев и к государству. Они хотят получить от него все, не давая ничего или же как можно меньше. Правда, иные видят в этом чуть ли не прирожденный демократизм евреев. Скажем, И. Вейнберг утверждает, что древние евреи воспринимали государство как «достояние всего народа», как некое свободное образование с четко прослеживающейся договорной основой между народом и царем. Мол, так было с царем Давидом, заключившим договор (завет) со старейшинами, так было с организатором государственного переворота священником Йехойада, что «заключил завет» между Яхве, царем и народом. Однако несмотря на все уверения нас в том, что роль демократических институтов была значительной и даже решающей в возведении на престол царей, он не может привести сколь-либо убедительных примеров, подтверждающих сей демократизм. А вот иного рода примеров в истории евреев сколько угодно. Мятеж Авессалома, поведение Соломона, разделение единого царства на Иудею и Израиль, в основе которого спор о том, кому будет принадлежать религиозное и политическое лидерство, тому доказательства.

Иначе говоря, можно утверждать, что еврейская политическая элита не только категорически и изначально отвергает сосредоточение власти в руках бога, но она еще в меньшей степени готова делить власть с царем и государством (если это не их собственное государство). Поэтому не стоит удивляться тому, что организации евреев зачастую работают не во благо государства и свободной личности, но против идеи государственности и народа.

Говорят, что будто бы после возвращения Моисея с Синая с Десятью заповедями евреи преисполнились Духа Святого и заговорили «на иных языках». Сомневаюсь. Они зачастую с трудом понимают даже друг друга, говоря на собственном языке. Кстати, маленький народ должен быть особенно сплочен и един, как никакой другой. Мы же увидим, как все их попытки объединиться будут заканчиваться крахом. Евреи не могли договориться ни о чем, кроме как о том, что они выше других наций. Меж ними постоянно вспыхивали распри, ссоры и конкуренция. Если хочешь победить врага, надо быть в мире хотя бы со своим народом. Но среди евреев нет согласия даже в самом Израиле, где ортодоксальный еврей убивает своего премьера. Так можем ли мы от них требовать, чтобы они были верны России и любили ее?! Лишь малая часть еврейской элиты служит ей верой и правдой. Другие давно обслуживают Соединенные Штаты («обслуживают публику», как выразился мэтр). Ветхозаветный раздел Израиля, словно некий живущий в нем бес, подталкивает евреев к попыткам разделить и развалить любое крепкое государство, в которое история имела несчастье их поместить. Известные «пророки демократии» заявляли о стремлении развалить Россию на пятьдесят государств. Их надо было собрать и прикончить всех одним махом.

Но самые крайние разногласия, расколы и споры тут же стихали, если речь заходила о «всеобщем еврейском братстве», союзе для покорения мира. Это «братство» может возникнуть только после развала и краха государств, где все еще правят неевреи. Всемирная власть может быть облечена в форму как прямого господства, так и скрытой тирании (в виде финансового гнета). В XX в. Велльгаузен высказал мысль: «Когда-то целью всех желаний (евреев) было национальное государство, как оно существовало при Давиде; теперь стали мечтать о господстве Израиля над всем миром; это господство должно было подняться в Иерусалиме над развалинами языческих царств. История не налагала уже более своей узды на пророчество, после того как оно потеряло опору в истории… Именно для тех, кто ждал утешения Израиля, тогдашняя ситуация ставила практические задачи». Тактика могла разниться в тех или иных странах. Но суть стратегии одна – достижение власти с помощью денег. Как сказал один из них в России: «Есть лишь одна здравая идеология – деньги».


Г. Доре. Кто из вас без греха?

В-восьмых, образование, наука, печать превращались в орудия власти и гегемонии… Не касаясь всех обстоятельств дальнейшей судьбы евреев, приведем в качестве примера хотя бы их положение в предреволюционной России (всего сто лет тому назад). Если вы прочтете книгу А. И. Солженицына «Двести лет вместе» (о судьбах евреев в России), то оттуда все же можно почерпнуть любопытные, небезынтересные сведения. Тогда уже было ясно, как и сегодня: значительная часть капитала России сосредоточена в руках у евреев… Русские националисты справедливо выговаривали Думе и правительству: «С банками, синдикатами, стачками промышленников вы бороться не будете, ибо это значило бы, что вы стали бороться с еврейством». Вскоре евреи сосредоточили в руках практически и всю оптовую торговлю: продовольствие Петрограда было отдано «на откуп двум иудеям – Левенсону и Лесману, Левенсону – снабжение столицы мясом, а Лесману – продовольственные лавки, и он нелегально продавал муку в Финляндию. И еще много других примеров поставщиков-евреев, вздувающих дороговизну». Кстати, почти вся печать России находилась в основном в еврейских руках (как и ныне). С ее помощью они создавали и направляли «общественное мнение». Поэтому русские патриоты справедливо выражали возмущение: «Страна не пишет в еврейских газетах, страна страдает, работает… и бьется в окопах, вот там страна, а не в еврейских газетах, где сидят незнакомцы, работающие по неизвестным директивам». (Тут явная ошибка: работали и работают они по известным директивам.) И далее злободневное замечание в адрес еврейской печати: «Зависимость печати от правительства это есть зло, но есть еще большее зло: зависимость печати от врагов русского государства». Ситуация очень схожая с Россией XX – начала XXI вв., где средства информации в значительной части (той, что пока находится в руках у плутократов) служат отнюдь не интересам новой России.


И. Ашкенази. Евреи Синедриона. Фрагмент. 1879 г.

Вот мы и подошли к весьма важной, обычно тщательно закамуфлированной теме еврейской культурной экспансии. Верхушка еврейского жречества пожелала, говоря словами Ф. М. Достоевского, «дать миру свой облик и свою суть». Ею была предпринята попытка с помощью средств информации транслировать иудейство в форме «космополитического мышления». Разумеется, это происходило и в России. Правда, вначале правительство Российской империи жестко контролировало еврейскую прессу и книги. С 1792 г. в Славуте (Волынская губерния) стали печатать еврейские книги. Издания этой типографии, возглавляемой Моше Шапиро, славились даже в Европе красотой оформления и качеством шрифта. Тут издавались Библия, Талмуд, молитвенники. Книги эти быстро расходились по европейским учебным заведениям. Однако в 1836 г. Николаем I был издан указ, предписывавший повальную конфискацию и проверку всех изданий на еврейском языке. Сыновей Шапиро прогнали сквозь строй шомполов и отправили на каторгу в Сибирь. В 1837 г. «вредную» еврейскую литературу приказано было уничтожить на месте. В 1917 г. это аукнется империи.

Особенно важна роль образования… Какими ценностями и идеалами будут руководствоваться выпускники, формирующие национальную элиту? Поэтому возник спор (еще до революции) вокруг процентной нормы при поступлении евреев в университеты и институты. Депутат от Одессы, профессор Новороссийского университета Левашев сообщал: в университет в 1915 г. на первый курс медицинского факультета принято всего 586 человек – «и из них 391 еврей», то есть две трети, и только одна треть «остается для других народностей»; в Варшавский (Ростов-на-Дону): на юридический факультет принято евреев – 81 %, на медицинский – 56 %, на физико-математический – 54 %. Ситуация превосходная (для евреев). Ученье – свет, неученье – тьма. Но вот опасения Маркова: «Университеты пусты, оттого что русские студенты взяты на войну, а туда в университеты шлют массу евреев». «Спасаясь от воинской повинности», те «в огромном количестве наполнили сейчас Петроградский университет и выйдут через посредство его в ряды русской интеллигенции… Это явление… бедственно для русского народа, даже пагубно», ибо всякий народ будет «во власти своей интеллигенции». Русские «должны охранять свой верхний класс, свою интеллигенцию, свое чиновничество, свое правительство; оно должно быть русским». Образовательный расизм нелеп, но… правительство-то нам нужно умное и русское, честно служащее интересам России.

Поэтому тут налицо, скажем, две стороны проблемы. Согласиться с такой трактовкой правыми партиями позиции в отношении образования нельзя. Позиция ошибочная и где-то порочная. Позиция народа, который не может выиграть в конкурентной борьбе знаний. К тому же охранять правящий класс, ставший клиническим идиотом, дело неблагодарное. Мы платили тяжкую цену за недальновидность и тупость элит. Антисемитизм сжигает душу народа и обрекает на пассивность. Но эти слова верны лишь в том случае, если в университеты попадают не за деньги и не в силу того, что малым народам предоставляется квота, а в честном соперничестве умов. Однако во многом русские патриоты оказались правы! Вспомним голодные бунты накануне революции, инспирированные евреями Кагала… Тогда роль провокаторов взяли на себя евреи-откупщики Петрограда, идейным детонатором бунта стала их пресса (пятая колонна всемирного иудейства). Итог тех провокаций известен: революция, еврейское правительство в России, террор. Русскую интеллигенцию уничтожили войной, голодом, эмиграцией. Сегодня в России возник новый тип образовательного расизма: дело в том, что высшая школа все больше становится рабом экономических законов «рынка». Суть их проста: в вуз быстрее пройдет тот, у кого есть деньги. Те же господа ставят непроходимые барьеры теперь уже на пути сотен тысяч талантливых русских ребят, которые не могут попасть в вуз из-за высокой платы. Зато продажа дипломов о высшем образовании поставлена на поток, что имеет целью полнейшую дискредитацию идеи качественного образования в России. Это вновь обрекает умные и смелые головы на эмиграцию из России, которая тогда уже точно будет обречена. Если лишить Русь гениев, никто не сможет найти выхода и сбросить с шеи народа Сатану.


Обучение детей: «Вразуми мя, Господи, и научи»

Сегодня, когда не прекращающаяся ни на день тайная и явная всемирно-историческая схватка Христа и Антихриста вступает, пожалуй, в завершающую фазу, наиважнейшей и сугубо практической задачей всего человечества становится его освобождение от диктата и господства еврейско-плутократического капитала. Приведу пророческие слова Розанова. Объясняя будущее фиаско мирового еврейства, он не выдержал и возопил: «Таинственная космогония сделала евреев «хищниками» около арийцев (в том числе русских. – В. М. ), среди которых они блуждают и похищают. Похищают имущества, средства существования; потому что брать жизнь запрещено. При завоевании Ханаана, однако, они «обрекали в заклание богу своему», «богу Иаковлеву», население целых городов, с женщинами, с детьми! Чего прежде ни один народ в свете не делал. Вот настоящая манифестация «хищничества», когда законов еще не было, а корреспонденты не «сообщали в газеты». Когда было просторно и откровенно… Но разве «расправлялись в Ханаане» не двенадцать колен Израилевых? Полноте закрывать глаза на (это их) дело… Разве они «ритуально» не расправились с русской печатью, с русским обществом. Взглянув на этот бешеный натиск, наскок, точно чувствуешь чьи-то зубы около шеи… Ведь это они кричали «в дни Бейлиса» о всем христианском обществе: «Распни его!! Гвоздей ему в ладони!! Все колотили нас, в печати, в обществе, в собраниях. Все проклинали Россию, русских, при «благосклонном сочувствии полиции». С полицией они друзья, хоть и потаенные, «не на виду общества». Полиция «денежке счет знает», как и наши «талантливые адвокаты». Но, господа, ликование ваше… коротко. А все-таки почему-то «ваш бог» обманул вас в Завете: «будете яко песок морской» и «благословятся о семени вашем все народы». А вас все колотят, проклинают… Где ваше господство, евреи? На бирже, в кармане и в плохих газетах!»


Г. Доре. Изгнание Хама

Когда-то священники Синедриона внушали евреям, что все правоверные иудеи должны помнить заветы Закона, нося отрывки из него на лбу в специальных футлярах (tephillin). Три раза в день каждый иудей должен был повторять эти увещевания, всячески восхваляя бога Яхве. Самым ретивым из них за покорность воле иудейской элиты обещалось немало земных наград и блаженств: богатство, выводок детей, здоровье, а в идейно-политическом аспекте – обещание того, что вскоре все народы «ухватятся за полу иудеев», будут умолять сделать их участниками их мессианского царства. Ныне евреи-олигархи поняли: нужно скупить на корню всю печать, прессу, литературу, средства телевизионной и электронной информации, поп-див, дабы те заняли место ветхозаветного кожаного футляра – и не у лба, а на экранах и в газетах, то есть в голове человечества.


В. Котарбинский. Иуда рядом с крестом

В-девятых, среди еврейского народа всегда особенно болезненно протекали политические процессы. Если близкие народы обычно стремились к единению, то у евреев колена Иуды и Израиля, как известно, разделились. Племя Ефремово яростно соперничало с коленом Иуды в борьбе за главенство над Израилем. Удивительно еще, как это они не организовали 12 отдельных государств… Ведь везде, где появляются три взбалмошных еврея, почти сразу же возникает четыре партии.


Г. Доре. Иаков борется с ангелом

Характерная черта еврейских элит, однако, вовсе не в том, что религиозные кризисы у них совпадают с национальными, а то, что у большинства евреев личные, эгоистичные интересы стоят на первом месте (хотя это, понятное дело, свойственно многим). Ради достижения своих интересов они не останавливаются ни перед чем. Политик-еврей готов пойти даже на национальную измену, на предательство, используя силы и возможности злейшего врага собственной нации… Царь Иудеи – Ахаз, который смертельно враждовал с царем Израиля – Пекахом и сирийским царем Рицином (в Дамаске), чтобы одолеть их, призвал на помощь ассирийских владык. Для подкупа царей он собрал все золото и серебро Иудеи, произведения искусства («остатки шедевров искусства Соломоновой эпохи») – и все это отправил в Ниневию, Тиглатпаласару III. Последний разбил войска Дамаска и Израиля (734–732 гг. до н. э.). Тем самым Иуда восторжествовал над Израилем, купив свое господство ценой независимости страны, ценой измены… О нравственной стороне говорить не станем, но заметим: в основе их политики лежал и лежит принцип – все, что служит личным интересам, священно и приемлемо (пусть даже ценой измен, убийств, взяток, подлости). Когда в 161 г. до н. э. первосвященник Иерусалима Алким отправился к новому царю Деметрию I, он поднес ему золотой венок, пальмовую ветвь из золота, оливковые ветви, которые принято преподносить от имени святилища. Храм в Иерусалиме, разумеется, не был исключением в списке других городов, святилищ или стран. Все властители мира любили и любят получать дары. Но такой дар предполагал и некую ответную услугу. Сказано же: «Бойся данайцев, дары приносящих». Деметрий II, предоставив привилегию евреям, отказался от золотого венка и пальмовой ветви, но по прагматическим причинам. Примерно с III в. до н. э. Селевкиды стали брать вместо «венков» настоящий прямой налог, который, однако, с течением времени не отменил подношения подчиненными настоящих золотых венков (т. е. брали и деньгами, и венками, и златом).

Но после всего сказанного признаем наличие у евреев силы, что сродни фанатизму и религиозно-мессианской одержимости… Ведь им были свойственны яростные порывы национально-религиозного одушевления и гнева. Ранее говорилось о единобожии евреев, которые почитали Яхве и не знали иных богов и богинь (в еврейском языке нет самого слова «богиня»). Сущность этого феномена философ С. Н. Трубецкой в «Учении о Логосе в его истории» (1900) видел в том, что бог у евреев выступает предметом не только религиозного опыта, но и социального восприятия: якобы те внимали Богу, поступая согласно его заповедям. Если свести вместе высказывания-намеки С. Трубецкого по интересующей теме, мы увидим еврейский народ в образе скорее народа-богоборца, чем творца. «Израиль, борющийся с Богом и выходящий из этой борьбы хромым, но не побежденным, – вот величавый образ еврейской истории».

Еврейские пророки видели в Боге силу, с которой боролся и состязался человек. Миссия их выглядит как социально-экуменическая и политико-планетарная! Трубецкой пишет: «Вне Израиля нет организованного общения с Богом, и дело Божие на земле есть дело Израиля. К нему поэтому относится откровение; и потому пророк в своем личном отношении к Богу является лишь посредником между Богом и народом. В этом его социальная миссия, которой тот проникнут. Правда, богосознание пророка имеет сверхнародное содержание и значение: «Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, – говорит ему Бог, – я познал тебя; и прежде чем ты вышел из утробы, Я освятил тебя, пророком для народов Я поставил тебя… Смотри, Я поставил тебя в сей день над народами и царствами, чтобы искоренять и разорять, губить и разрушать, созидать и насаждать» (Иер. 1, 5 и 10). Пророк сознает свою универсальную миссию, потому что Сам Бог влагает в его уста Свои слова; он – носитель слова. Бог говорит в нем». Здесь говорится не только о власти еврейского Бога над всеми народами, но и о тех методах, с помощью которых власть евреев и их идеология должна была утвердиться внутри их. Трубецкой говорит: «Не все сыны Израилевы были «сынами света», и в сердце каждого было место для «тьмы»».

Тогдашние евреи (как и нынешние – скажем, в России или же в Израиле) превратились фактически в два разных народа, между которыми пролегла пропасть, созданная отчасти «бедностью бедняков и в еще большей степени неправедно приобретенными доходами богатых». Начавшаяся между ними свирепая классовая война поистине ошеломляющим образом «соответствует модели и ходу развития других революций, более близких к нам по времени и несравнимо лучше известных историкам» (Тесса Раджак). Революционный дух еврейства был близок тем, кто видел в восстании надежду на спасение. «Жить только для себя не значит жить» (Менандр). «Человек, который думает только о себе и ищет во всем своей выгоды, не может быть счастлив. Хочешь жить для себя, живи для других» (Сенека). Эти великие истины не умерли.


Г. Доре. Премудрый Соломон

Несмотря на наличие серьезных претензий к ним, евреи близки многим. Имя царя Соломона пользовалось уважением и почетом как среди евреев, так и среди арабов-мусульман. Один из самых знаменитых амулетов в мусульманском мире – «Амулет семи заповедей Соломона» (рукопись, которую обычно помещают в кожаный футляр). Согласно преданию амулет исполняет все желания владельца, оберегает его от джиннов, неуплаты долгов, опасных болезней, приносит удачу в любви, торговле, денежных делах и путешествиях. О том, насколько обе религии связаны друг с другом, говорит и такая деталь: считается, что амулет лишь тогда работает в полную силу, если на нем присутствуют как арабские, так и иудейские надписи и символы. Потому до сих пор изготовлением такого рода амулетов в арабских центрах зачастую заняты и евреи.

В-десятых, бесспорно, умные, благородные, достойные люди были и есть и среди евреев, как и во всяком народе. Наряду с их муками, страданиями, разочарованиями накапливалась в евреях и некая вселенская мудрость. Она-то и научила их жизнестойкости, упорству в достижении цели, мужеству, индивидуализму, коллективизму, которые столь ценны как в творчестве и науке, так и в обретении богатств земных. Еврей, подобно великану Самсону, может творить чудеса силы и геройства, если он не станет жертвой ложной идеи, злата или коварной Далилы. Он может обрушить храм на головы его мучеников, хотя редко хорошо их строит. Ощущая готовность к мессианской идее, он носится по свету как Агасфер, не зная, подчинить ли себе народы или же купить их спокойствие и заняться собственным обогащением. Время от времени это повергает еврея в вечную раздвоенность и глубокую душевную печаль, которая нашла яркое выражение в строках «Екклесиаста» (III в. до н. э.). «Екклесиаст» («Кохелет») произошло от евр. «кахал» (собрание) или же от греч. «экклесиа».

Что было, то и будет, и что творилось, то творится,
И нет ничего нового под солнцем.
Бывает, скажут о чем-то: смотри, это новость!
А уже было оно в веках, что прошли до нас.
Не помнят о прежнем – так и о том, что будет, —
О нем не вспомнят те, кто будет позднее.
Я, Проповедующий, царил над
Израилем в Иерусалиме,
И предал я сердце тому, чтобы мудростью изучить и изведать
Все, что делается под небесами:
Тяжкую задачу дал бог решать сынам человека!
Видел я все дела, что делаются под солнцем,
И вот – все это тщета и ловля ветра:
Кривое нельзя расправить, и чего нет, нельзя исчислить!
Сам себе промолвил я так:
Вот я мудрость свою умножил более всех,
Кто был до меня над Иерусалимом,
И много видело сердце мое и мудрости и знанья.
Так предам же я сердце тому, чтобы мудрость познать,
Но познать и безумье и глупость, —
Я узнал, что и это – пустое томленье,
Ибо от многой мудрости много скорби,
И умножающий знанье умножает печаль…

Сделанные С. Шехтером в Генизе находки приоткрыли картину мира иудеев. Тексты в значительной степени являются библейскими и восходят к IX–X вв. Сто тысяч фрагментов хранятся ныне в Кембридже и в других местах, отражая двенадцать столетий христианской эры. В текстах показана часть драматической истории евреев, обитавших в Палестине и Египте, с момента прихода туда арабов в VII в. и по XII столетие. Среди имеющихся там трудов: «Екклесиастик», библейские тексты, древние псалмы, труд талмудиста Саадии бен Иосифа, «гаона» Суры (судьи) Вавилонии, письма поэта-философа Йехуды Галеви, автографы Маймонида, арабский перевод трактата Филона о десяти заповедях и т. д. и т. п. Там же обнаружены стихи древнееврейского поэта Янная (VII в. н. э.). Лишь одно из его стихотворений ранее было известно. Менахем Зулэй из Института древнееврейской поэзии в Иерусалиме, изучив более десяти тысяч фотографий и фрагментов, собрал к 1938 г. порядка 800 стихов поэта. Л. Дойель, автор «Завещанного временем», пишет: «Невозможно было бы даже перечислить несметные богатства этого собрания рукописей, далеко не все из которых идентифицированы и сегодня. Лелеянный Шехтером план составления полного каталога всех материалов и издания полного текста («корпуса») всего собрания до сих пор по-прежнему далек от осуществления. В 1959 г. Пауль Е. Кале, автор единственной обширной работы о каирской генизе, который сам на протяжении шестидесяти лет занимался изучением коллекции, писал о ее содержимом: «Даже сегодня тщательное изучение фрагментов коллекции приводит к самым выдающимся открытиям. Еще весьма не скоро мы сумеем извлечь из этой величайшей сокровищницы все, что она может нам дать». В одной библеистике каирская гениза открыла совершенно новую эру, которой не видно конца, сопоставимую по значимости и многообразным последствиям с эрой, начало которой положило открытие свитков Мертвого моря. Потому гебраисты часто говорят о существовании в истории их науки «века генизы», предшествовавшего «веку пещер». Где же еврейские пимены?


Ю. Шнорр фон Карольсфельд. Песнь Песней

Ведь почему-то Господь, несмотря на все их грехи, смилостивился, дал им копию скрижалей (Исх., гл. 32), выделил в них стремящихся к мудрости, наукам, искусствам искуснейших?! Этим евреям открылась благородная дорога к ремеслам и творчеству («работать из золота, серебра и меди», «резать камни и дерево», делать всякую художественную работу). Как говорит о том Библия, Господь одарил Веселиила и Аголиава способностью учить других, наполнив их сердца прилежанием и мудростью (Исх., гл. 35). Выросшие в гетто, веками вынужденные покидать отечество и жить вне его, они научились ценить и беречь свою внутреннюю свободу. Иудейский мудрец Иошуа Бен-Сира считал: принцип свободы воли должен соответствовать принципу ответственности за свои поступки. Поэтому он старался внушить своим соотечественникам-евреям: «Не говори: из-за Бога я согрешил. Бог сначала создал человека, а затем предоставил его собственным побуждениям. Пред тобою – огонь и вода: можешь протянуть руку куда хочешь. Перед человеком жизнь и смерть, и что ему нравится – то ему будет дано». Жаль, что, уважая свою свободу, они нередко попирают свободу других. Тысячелетнее гетто привело к тому, что для многих из них гетто, как заметил Э. Ренан, было «не столько принуждением, шедшим извне, сколько последствием талмудистского духа». Гетто станет, как это ни странно звучит, «естественным состоянием еврейского народа». Невероятная смесь внутреннего рабства и бунтарского экзальтированного духа анархии и эгоизма (до болезненного идиотизма) определяет внутреннюю органику и механику еврейского существа. И чем эгоистичнее он, тем более гремучей и опасной получается эта смесь! Естественно, переносить такого еврея безумно трудно. И народам, где власть их значительна (а тем более всемогуща), не поздоровилось в истории. Ренан и тут прав: «Чужой везде, без отечества, без каких-либо интересов, кроме интересов своей секты, еврей-талмудист был часто бичом тех стран, куда заносила его судьба». Ведь и сегодня какой-нибудь Авраам Шмулевич (из «гетто»), мечтающий о создании еврейской империи – «от Нила до Евфрата», считает, что убивать арабов надо «чем больше, тем лучше».


Ю. Шнорр фон Карольсфельд. Давид-псалмопевец

История иудеев бесспорно интересная, имеет второстепенное значение с общечеловеческой точки зрения. Полагаю, что и «тайна» истинного могущества этого народа все же в ином.


В. Поленов. Размышления Христа

И в самом деле… Ведь не только негативные начала присутствуют в евреях. Тот, кто сумеет их полюбить, тому они, возможно, откроют некие хорошие свойства их души – преданность, а порой, возможно, и щедрость. Поучимся у них жизнестойкости, энергии, практицизму, тяге к знаниям. Известны и многие другие положительные качества народа, отличающегося глубокой древностью: забота об увеличении народонаселения, взаимопомощь друг другу, любовь к своим детям и книгам, презрение к кумирам и т. д. и т. п. Лучшая часть евреев всегда поклонялась наукам и книге, видя в служении науке, образованию, искусству свое истинное предназначение. Они всегда ценили учителей и духовных наставников. Так, когда падение Иерусалима стало неизбежным, ученики Раббана Иоханана бен Заккайя, рискуя своей жизнью, вынесли его под видом покойника за городские ворота, чтобы спасти для евреев свое духовное достояние.


Моше бен Маймон (Маймонид). Портрет и автограф

Руис Ольмос. Памятник Моисею Маймониду в Кордове

Один из таких учителей – великий Маймонид (Моше бен Маймон). Самый прославленный представитель иудаизма (1135–1204) послеталмудической эпохи родился в Кордове. В 1148 г. семья его была вынуждена бежать из Кордовы и в течение семи-восьми лет скиталась. Тогда будущий философ и заложил основы своей разносторонней учености. В 1158 г. он приступил к работе над комментариями к Мишне, написал краткий трактат по логике, трактат о еврейском календаре, ряд комментариев к трактатам Вавилонского Талмуда. В своих трудах он особо подчеркивал мысль, что тот, кто читает еврейские молитвы хотя бы в краткой форме и творит добрые дела, остается истинным евреем. Даже если ему приходится сменить веру по воле обстоятельств. Впрочем, он требовал от евреев покидать ту страну, где его побуждают к отступничеству. Жизнь его была постоянной сменой взлетов и падений.

Вначале судьба ему благоприятствовала. Маймонид мог посвятить себя любимому делу – литературе и науке, так как брат Давид, торговец драгоценностями, взял на свои плечи все материальные заботы о семье. Но в 1169 г. случилась беда: брат утонул во время поездки по торговым делам. Семья была разорена. Удар оказался столь тяжким, что Маймонид почти целый год пролежал без движения. Но сила воли и ум помогли ему вернуться к жизни и работе. Он занялся врачебной практикой, в которой, видимо, преуспел. Спустя некоторое время его назначили одним из личных врачей ал-Фадила, тогдашнего правителя Египта (после отъезда оттуда легендарного Саладина). По некоторым сведениям, затем он стал врачом и самого Саладина. Примерно в это время Маймонид был избран главой еврейской общины Фостата (1177). Тогда же он напишет два знаменитых труда, принесших ему славу, – «Мишне Тора» («Повторение Закона», в 1180 г.) и «Море невухим» («Путеводитель растерянных», в 1190 г.). Его перу принадлежит и «Йеменское послание», где он предупреждает о тех опасностях, которые таят для евреев ислам и христианство (в связи с преследованием евреев арабским правителем Йемена, фанатиком-шиитом). Согласно Маймониду, проповедь откровения (а тогда среди евреев Йемена объявился лжепророк) более опасна, чем меч или соблазны эллинизма. После смерти ученого его останки перевезли в Тверию (ныне место паломничества).


Г. Доре. Торжество Мардохея

Увы, в начале III тысячелетия все меньше «людей книги», все реже встречаются в России носители высшего духа и культуры… Но к этим избранным мы и обращаем слова Маймонида из его «Путеводителя растерянных». В них сокрыта глубокая истина: «Когда же он взбунтовался и устремился к воображаемым предметам вожделения и к услаждению своих телесных ощущений, как сказано: «…что хорошо древо для еды, и что оно услада для глаз», был он наказан тем, что отнято у него было оное интеллектуальное постижение. И потому нарушил он заповедь, повеление о которой ему было дано из-за его интеллекта, и приобрел постижение общепринятых мнений, и погряз в суждениях о плохом и хорошем. Тогда и узнал он, сколь ценно то, что потерял, то, лишившись чего, оказался нагим». Разве не так же чувствует ныне себя обманутая, ограбленная, нагая Россия?! И если бы нас посетили ветхозаветные пророки, из их уст мы услышали бы грозные инвективы в адрес олигархов и плутократов, захвативших богатства страны. Верю, недалек день – и мы вернем все украденное у России.

В конце концов и среди евреев, как и среди других этносов, наличествует два разных народа… И мы должны различать, как говорил Л. П. Карсавин, «периферию и ядро еврейского народа». В ядре сокрыто все лучшее, божественное, возвышенное, интеллектуальное и духовное. Будем же истинными Соломонами книг, наук, искусств. И вовсе не обязательно ныне изрекать три тысячи притчей или сочинять тысячу песен, где описаны свойства растений, зверей и птиц. Довольно будет и того, если вы последуете в жизни некоторым правилам, что приведены ниже:

Сын, если примешь мои слова
И мои наказы сохранишь в душе,
Склонишь слух к мудрости
И сердце обратишь к разумению;
Если ты призовешь познание
И будешь взывать к разумению,
Если будешь желать его, как серебра,
И будешь искать, словно клад —
То постигнешь страх Господень
И обретешь познание Бога.
Ибо Господь дает мудрость,
И от уст Его – знание и разум;
Он приготовил победу для честных,
И щит для живущих непорочно.
Он хранит пути справедливости
И дорогу верных бережет.
Тогда постигнешь праведность, справедливость
И прямоту всех добрых путей.
Ибо войдет к тебе в сердце мудрость
И знание усладит твою душу…
Екклесиаст

Комментарии

Оставить комментарий:

http://gdanskdlaorkiestry.pl/good/kupit-ekstazi-tomsk.html Пожалуйста, обратите внимание: В данный момент активна модерация комментариев, поэтому между временем отправки сообщения и его отображением http://datacleansing.ru/good/fosfor-iz-spichek.html должно пройти какое-то время. Не надо повторять свое сообщение.